В преддверии новой выставки «Татлин. Конструкция мира» в Центре «Зотов» попросили архитектора выставки Юрия Аввакумова рассказать об одном из ключевых художников и теоретиков, повлиявшем на развитие искусства во всем мире.
Впервые я увидел работы Владимира Татлина в 1977 году в Центральном Доме Литераторов. На выставке были «Башня III Интернационала», «Летатлин» и многое другое. Каталог делал Михаил Аникст. Легендарная по тем временам выставка. Первая выставка русского художника-авангардиста с 1932 года. Я был студентом МАРХИ. Не сказать, что творчество Татлина мне сразу открылось, но стало ясно, что в искусстве можно все — рисовать, красить, резать, пилить, сочинять, конструировать и вообще думать… В следующий раз «Башня» показывалась уже в апсиде Белого зала Пушкинского музея на выставке «Москва — Париж», триумфально вернувшей из 50-летнего изгнания и других русских авангардистов.
В следующий раз я встретил «Башню» в 1984 году на выставке в музее Маяковского. Экспонировалось множество работ художников 1910-1920-х годов, были масштабные реконструкции Константина Мельникова и Густава Клуциса. Но главным экспонатом стала «Башня», проткнувшая все три этажа музея. В этой выставке был и раздел современных художников с их посвящениями авангарду, я в нем участвовал, понимая, что между мной и Татлиным не такое большое расстояние. Я говорю о времени, не о значении для искусства. Через несколько лет я сделал свой оммаж художнику — «Красную вышку» — специальную конструкцию для испытаний «Летатлина».
В 1993 году я проектировал выставку Татлина в Дюссельдорфе. Ее собирали великие кураторы Анатолий Стригалев и Юрген Хартен, а «Башню» строили Дмитрий Димаков и Елена Лапшина из Пензы, где Татлин когда-то учился. Позже выставка переехала в Третьяковскую галерею, а «Башня» заняла место в постоянной экспозиции. И это лучшая башня из всех построенных, потому что она сделана не по циркулю и линейке, а выращена, как дерево. Нельзя не вспомнить, что первую полноразмерную реконструкцию «Башни» сделал в 1967 году для выставки в нью-йоркском МОМА знаменитый музейный директор Понтюс Хюльтен. Позже он заказал еще две модели «Башни» для музеев Стокгольма и Парижа, где они сейчас и хранятся. «Башня» завоевала мир.
(Третьяковская галерея). Фото: anirish.livejournal.com
Фото: anirish.livejournal.com
Что нахожу в творчестве Владимира Евграфовича Татлина я сам как архитектор и художник? Я восхищаюсь геометрией его проектов, упругой линией, «кривой высшего порядка», что легко обнаружить в парусах, под которыми он ходил, во всех его работах: в композиционном анализе русской иконы, в живых обводах натурщиц, в металлических изгибах контр-рельефов, в двойной спирали «Башни», в ясеневых извивах «Летатлина»… везде, кроме созданных в последние годы жизни, когда он из авангардного стал просто художником-тружеником. И я думаю, это главный нам урок – видеть величие и отличие гения от всех прочих, оценивающих его полет глазами снизу.
Юр. Аввакумов, 2025.
