Художник Михаил Добровольский создал огромное графическое полотно, в котором обращается к истории создания Дома Наркомфина.
Почти за столетнюю историю Дом Наркомфина претерпел множество изменений. Его новаторское архитектурное решение, сопряженное с разработкой новой социальной концепцией быта, было основано на типах квартир, разработанных под руководством Моисея Гинзбурга в секции типизации жилища. Совместно с архитектором Александром Пастернаком были спроектированы ячейки – компактные изолированные квартиры для разных типов семей. Проект Дома предусматривал рациональное использование пространства и состоял из трех основных блоков: хозяйственного, коммунального и жилого. В строительстве были применены инновационные технологии: легкий теплоизоляционный камышит, изготовленные прямо на месте бетонные блоки «крестьянин», спиральная арматура для колонн. Каркас колонн позволил снять конструктивную нагрузку с внешних стен, сделав их самонесущими. Фасады обрели белый оттенок и стали расчерчены широкими ленточными окнами, подвижными, то есть скользящими по направляющим, и неподвижными. Цветовое решение квартир разрабатывали Хиннерк Шепер и Эрих Борхерт, приглашенные из школы Баухаус.
Радикальная перепланировка (изменение ячеек жилого блока, переделка пространств для коммунальной кухни, детского сада, прачечной, типографии и других зон) и другие активные изменения пришлись на 1950 – 1960 годы. Долгое время в Доме не проводились ремонтные работы, в результате чего он пришел в аварийное состояние. В 2017 году началась масштабная реставрация с целью возвращения первоначального облика и функций – жилой и общественной. Она сопровождалась с научным исследованием, в ходе которого Дом Наркомфина был изучен до мельчайших подробностей. К 2020 году в результате реставрационных работ удалось восстановить общее пространственное и цветовое решение с использованием аутентичных технологий и принципов строительства. В память о многочисленных изменениях на некоторых участках колонн, стен и потолка оставлены реставрационные шурфы, раскрывающие слои краски, или законсервированные участки камышита.
Истории здания, его изменчивости, жажде жизни и «духу» места и посвящен новый проект художника Михаила Добровольского, располагающийся в коммунальном блоке, его исследовательская часть, размещенная в ячейке П, и серия холстов в коридоре жилого комплекса.
Графическое пятиметровое полотно художника, закрывающее центральную часть витража коммунального блока Дома Наркомфина, составлено из 250 листов скетчбука, скрепленных между собой небольшими болтами. Методом шелкографии на часть из них нанесены очертания инженерных коммуникаций, деталей интерьера и технической документации здания. Поверх всего полотна более крупно вручную добавлены силуэты создателей Дома и сохраненные фрагменты исторической отделки. Художник мыслит как реставратор, собирая и фиксируя на полотне восприятие жизни Дома. Научные исследования показали, что у проекта Дома Наркомфина не было итогового чертежа, и данная работа – попытка синтеза, отражение ощущения целостности его повествования руками художника, который жил в Доме и тоже стал частью его истории. Полотно поддерживает специально созданный Михаилом Доброволським саунд-ландшафт, состоящий из звуков дома: сквозняка в коридорах, вентиляции, лая собак, звонков и голосов сотрудников и посетителей.
«Полотно, заслоняющее часть большого окна коммунального блока, отбрасывает тень — отсюда и название проекта», – отмечает Михаил Добровольский. Куратор проекта, Эльмира Минкина, дополняет: «В темное время суток внутреннее освещение Дома проявляет работу, и ее тонкие контуры проступают сквозь двойное остекление».
Ячейка П (жилой блок) становится своеобразным архивом конструкторского бюро, в котором хранятся подготовительные материалы к художественному проекту: репринт журнала «Современная архитектура» (1926 – 1930), фотографии и чертежи Дома Наркомфина, статьи о жилом и промышленном строительстве и эскизы самой работы Михаила Добровольского. Также в общественных пространствах жилого блока можно увидеть три холста, написанных по фотографиям, сделанным во время прогулок художника вокруг Дома.
«Мое проживание в доме Наркомфина было жутковато-странным. Удивительным образом здание не принимает новых жильцов. Когда я однажды ночью пытался зайти внутрь здания, мой ключ перестал срабатывать, и я не смог попасть домой. Это ощущение я постарался запомнить и выразить в работе, где изобразил коврик у двери на входе. В другой раз ячейку, в которой я жил, затопило… Эти «происшествия», в том числе, я привнес в работу. Я исследовал это место, бродил по коридорам, изучал быт жильцов. Эти материалы стали основой звуковой составляющей маршрута и частью проекта», – Михаил Добровольский.
