В Катаре проходит выставка-исследование архитектурного бюро AMO / OMA Countryside: A Place to Live, Not to Leave. Руководитель бюро Nowadays office Наталья Масталерж была приглашена на официальное открытие и поделилась с редакцией впечатлением от увиденного масштабного проекта Рема Колхаса.
Концепция
Жители Земли стремятся в города, но, фактически, они занимают около 8% суши. Все остальное — это пригород. Колхас видит большую ценность в уникальных способах жизни, освоения пространства, культурных и экономических практиках, которые развиваются в разных участках глобального пригорода. Архитектор давно увлечен этой темой и 15 лет разрабатывал ее, в том числе, на материале стран бывшего СССР. Представленное на выставке — это вторая глава огромного исследования разнообразия альтернативных жизненных практик.
Пространства
Экспозиция представлена сразу в двух зданиях: Национальном музее Катара (National Museum of Qatar, NMoQ), спроектированном Жаном Нувелем, и здании Qatar Preparatory School — первой катарской школы для мальчиков, где учились несколько поколений детей катарской аристократии и которая стала главным пространством катарского пригорода.
На полу Национального музея напечатана карта земного шара в проекции Бакминстера Фуллера и проложена линия, отмечающая регион, попавший в фокус нового исследования. Линия (в «классической» проекции Герарда Меркатора — дуга) простирается от Африки до Китая, проходя через Катар, расположенный ровно посередине, Центральную Азию и Монголию. В пространстве выставки эта линия обозначена витриной с историческими артефактами из почти 35 стран региона исследования, собранных в фондах музеев Катара. Кроме предисловия к основному проекту здесь собрана выставка Qatar Preparatory School, которую сейчас курирует шейх Аль Маясса.
От музея Катара до QPS курсирует шаттл — школьный автобус. Выставка занимает пространство школы целиком: подиумы, баннеры, поверхности стен, пола и потолка. Как результат — формат гипер-репортажа о жизни глобального пригорода, сочетающего разные медиа, где в коридорах-галереях представлены центральные линии исследования, а в бывших классных комнатах — региональные сюжеты. С потолка галерей свисают сгенерированные ИИ-артворки — результат коллаборации OMA и команды BEHIND PRODUCTS, которые, в частности, знамениты своими генеративными работами для Канье Уэста. 110 картинок тематически соответствуют разделам экспозиции.
На первом этаже располагается экспозиция, посвященная новой главе исследования, а на втором этаже — первая часть выставки, впервые показанная в музее Guggenheim в Нью-Йорке в 2020 году. Красный спиралевидный пандус, соединяющий два этажа экспозиции с внутренним двором, — отсылка к иконической форме нью-йоркского музея. Во дворе разместились маскоты обеих частей проекта — скелет мамонта из первой главы и трактор из второй, а также несколько теплиц с органическими овощами.
Левое крыло школы целиком посвящено Азии, где в пяти залах рассказывается о Центрально-Азиатском регионе. Раздел, который занимает заметную часть всей экспозиции, курировала архитектор Дарья Зверева и искусствовед Александра Харитонова.
Центральная Азия в объективе
Две комнаты были отданы видео-нарративу о Центральной Азии. В одной из них на сложно составленной конструкции из экранов демонстрируется семиканальная видеоинсталляция HAFTA художницы Назиры Карими. Это медитативное исследование женской родовой памяти и экологических перемен. Сквозь образы воды, земли и сезонных циклов работа соединяет личную историю с вопросами утраты и восстановления принадлежности. Другое пространство представляет собой кинотеатр Nostalgia and Modernity с большим экраном и мягкими креслами, где показывают Aral: Fishing in the Invisible Sea — грустный и трогательный фильм Саодат Исмаиловой об экологической катастрофе, которая привела к разрушению традиционного уклада жизни.
Вода и политика
Один из залов — историческое повествование, где вода — главный герой истории региона Центральной Азии, причина конфликтов и перемирий (частично это перекликается с темой выставки «Не слитно, не раздельно», прошедшей в Доме культуры «ГЭС-2»). Экспозиция состоит из инфографики, текстов и красивых фотографий Макса Авдеева.
Мирный атом и «темный туризм»
Павильон посвящен роли мирного (и не очень) атома на территории Центральной Азии, где ядерные взрывы использовались, в том числе, для изменения ландшафта. Сейчас на бывших полигонах процветает так называемый dark tourism («темный туризм»).
Люди, знание и материалы
Раздел People, Knowledge, Materials исследует то, как культура, отношения с ландшафтом и средой могут быть организованы вокруг ткани и способа ее производства. На трех стенах зала представлены примеры переноса знания, традиций и аутентичности из одного контекста в другой.
Горы и пастухи
Фрагмент экспозиции, посвященный Кыргызстану, повествует о древней технологии создания искусственных ледников, перекочевавших в страну из Гималаев. Среди интересных фактов — история о том, как Италия хотела пригласить несколько кыргызских пастушьих династий и как эта идея разбилась о визовый режим, а также история исследования профессора Али Кассам об утраченных в советское время практиках кочевого пастушества, которые могут снижать климатические риски в стране с быстро тающими ледниками.
Согдианский шелк
Другая стена посвящена Шелковому пути и Согдиане — государству, контролировавшему торговые маршруты Центральной Азии и превращавшему китайское шелковое сырье в ткани высочайшего качества. Раздел, подготовленный вместе с тбилисским Музеем шелка и Ниной Авхледиани, показывает, как шерсть и войлок формировали кочевой быт, шелк стал ценнейшим материалом, а хлопок привел к экологическим проблемам. На примере Грузии раскрывается история мощной советской шелковой индустрии, а дополняет экспозицию коллекция шелковых тканей 1950–1960-х годов Нино Кривишвили, сохраняющих связь материала, памяти и идентичности.
Трансплантация аутентичности
Еще один сюжет рассказывает о перемещении корейцев с Дальнего Востока в Центральную Азию, где среди экспонатов — инсталляция Жени Ким, создательницы бренда J.Kim. Женя — потомок коре-сарам —корейцев, ставших частью населения СССР.. Ставшие визитной карточкой бренда узелки с завязками — отсылка к способу упаковки и перевозки имущества и память об утрате дома.
1000 и 1 армянская деревня
Дизайн павильона Армении «1 город и 1001 поселение» вдохновлен сценографией «Цвета граната» Сергея Параджанова, а стоящее за ним исследование Library For Architecture проекта Юрия Григоряна и Алексея Лашкова рассматривает отношения столицы и всей остальной страны, где живет треть населения. Сельские угодья Армении — не только предмет интереса инвесторов, но и потенциальное место рождения нового жизненного уклада New Village.
«Для меня как архитектора в этом проекте особенно важен постколониальный контекст. Центральная Азия долго была объектом внешнего контроля и сейчас заново выстраивает свое положение в мире, оставаясь при этом «невидимой» для большинства, тогда как бывшие метрополии мгновенно узнаваемы. В процессе исследования стало ясно, что многие привычные представления неверны: регион гораздо сильнее зависит от воды, чем принято думать, а Африка, которую считают «засушливой», на самом деле богата ресурсами, ее проблема в доступе и распределении. Через архитектуру, кино, звук и текст выставка предлагает переосмыслить взгляд на Центральную Азию: ее роль в космической программе, уникальные традиционные технологии и знания, глубокие связи с исламским миром и Ближним Востоком», — отмечает Дарья Зверева, архитектор выставки.
На протяжении большей части существования бюро мы занимались Москвой, искали ее энергии, формулировали смыслы, разгадывали ее мифологию. Последние пару лет нам стала интересна тема пригорода, представляющая собой другой мир, но не покинутый и грустный, а живительный мир пейзажа, мир ценностей и практик, заземляющих и возвращающих к себе. Для нас таким стал Палех — удивительное место, куда приезжают художники и предприниматели из больших городов не для того, чтобы джентрифицировать поселок, навязав ему свои привычки, а чтобы в сотворчестве создавать новый уклад жизни в сельской местности, подходящий современному человеку, возможно, даже больше, чем жизнь в городе.
