Расспросили создателей и участников проекта о том, каким получился первый лабораторный эксперимент, чем для всех причастных стала выставка «Времени нет» и подвели итоги проведенных воркшопов от сообщества ЦЕХ. Осмысляем результаты первой серии большого и важного проекта.
Часть первая.
Как появилась лаборатория?
Наталья Масталерж, сооснователь NOWADAYS office:
«Лаборатория возникла как результат сотрудничества и дружбы. Музей архитектуры обратился к сообществу ЦЕХ (бюро Saga, ХОРА и NOWADAYS office) с предложением создать совместный проект, который был бы не просто выставкой, а пространством для вдумчивого разговора и эксперимента. У музея был запрос на актуальную и глубокую программу, которую инициировали бы сами архитекторы. В ответ мы предложили формат Лаборатории как полилога между современными архитекторами и музеем. Для нас было важно, чтобы архитекторы имели возможность глубже работать с коллекцией, а музей мог вступить в живой диалог с профессиональным сообществом. Кураторы хотели обратить внимание на архив и фонды Музея архитектуры, которые зачастую остаются неизвестными даже для архитекторов. В процессе совместной работы с кураторами музея и участниками сообщества мы сформулировали концепцию, где Лаборатория – это не разовое событие, а повторяющийся формат. Первая его итерация, выставка «Времени нет», посвящена взаимодействию современных архитекторов с коллекцией Музея архитектуры».
Почему важно быть частью этого проекта?
Наталья Масталерж, сооснователь NOWADAYS office:
«Мы не просто часть проекта, а его инициаторы. В ЦЕХе мы приняли принципиальное решение: создавать такие проекты и площадки, в которых нам самим хотелось бы участвовать. Мы делаем это для себя, своих коллег и единомышленников, тех, кто заинтересован в архитектуре не как в демонстрации собственных достижений, а как в поле для рефлексии, критики и поиска новых смыслов. Поэтому во всех наших начинаниях мы одновременно выступаем и как организаторы, и как участники. Это важная позиция, мы не отделяем себя от процесса, а погружаемся в него наравне со всеми».
Юлия Стаборовская-Ардабьевская, сооснователь бюро Saga:
«Мы с ребятами из сообщества ЦЕХ решили, что правильно будет на себе самих проверять свои кураторские задания. Сама же платформа лаборатории – это способ формировать ноосферу цеха: пространство разговора об архитектуре вне коммерческого контекста».
Михейл Микадзе, сооснователь бюро ХОРА:
«Для ЦЕХа открытие Лаборатории – определенно веха. Триумвират образовался как раз в ответ на глубинный запрос каждого участника – живое, настоящее и доверительное обсуждение архитектуры как чистого феномена, чистой формы… в отрыве от рынка, его институций, экономических и политических аспектов. Нас объединила безусловная любовь к архитектуре, желание рефлексировать вместе, делиться с единомышленниками тем, что нас волнует — искренне, не желая кому-то понравиться. Отличительное качество Лаборатории — ее независимость, формирующая пространство для самоорганизации и самоинициации разговоров и бесед об архитектуре через разные форматы и медиа. Выставка – это исследование, высказывание, полифония голосов профессионального цеха. Воркшоп — это совместное размышление, эксперимент, выход за границы привычного — иной опыт и взгляд».
Часть вторая.
Первая выставка «Времени нет» стала собранием 20 художественно-аналитического высказывания архитекторов, критиков и исследователей архитектуры, являющегося результатом комплексного изучения, критического осмысления и интерпретации музейных артефактов, истории и миссии Музея архитектуры. Что для вас было важно выразить через этот проект?
Наталья Масталерж, сооснователь NOWADAYS office:
«Наше высказывание в этом проекте многослойно, именно поэтому мы называем его тотальной инсталляцией. Оно объединяет разные направления нашей работы последних лет. С одной стороны, это исследование московских «странностей» и трансформаций: от изменения функций зданий до появления новых архитектурных слоев. С другой — размышления о кочующих символах, о наследии, которое обретает новые значения. Нам было важно подчеркнуть уникальность Аптекарского приказа, одного из старейших зданий музея, которое при этом остается почти незаметным для широкой публики. Через архитектуру выставки мы хотели вывести его на первый план. Экспозиция говорит простыми и понятными символами. Центральный элемент, коллективный стол, отсылающий к совместному действию и диалогу. Здесь важен принцип reuse (повторного использования материалов), отказ от избыточности, экологичный подход. Ключевая мысль для нас заключается в том, может ли рефлексия на экспонат сама стать экспонатом? Этот вопрос задает направление всей работе. В проекте много личного: ностальгия, отношение к истории и к Музею, уважение к наследию. Для нас архитектура выставки это способ одновременно говорить о прошлом, настоящем и будущем, превращать процесс осмысления в экспонат, который хранит и транслирует новые смыслы».
Юлия Стаборовская-Ардабьевская, сооснователь бюро Saga:
«Мы рассматриваем архитектуру как дисциплину, которая не существует вне экономики и культуры. Это начало наших исследований референсных показателей: сопоставлений стоимости производства архитектуры, сроков годности и технологии строительства. Толщина стены может начать рассказывать о цивилизации».
Ольга Таламанова, архитектор бюро ХОРА:
«Объект Damnatio memoriae («Проклятие памяти») – это двухчастное высказывание. Картотечный шкаф — реди-мейд объект, взятый из пространства музея. Расположение съемных ящиков, этикеток в нем осталось без изменений. Мы хотели показать, что ошибочно полагать, что специалисты музея работают только с цифровым каталогом. Картотечный шкаф до сих исправно выполняет свою функцию, его ящики пополняются новыми карточками. Tabula commemorativa — мраморная табличка, закрепленная у входа прямо над столом смотрителя (посетители иногда подходят к этому столу, чтобы оставить несколько строк в книге отзывов). Но вопреки ожиданиям памятная доска пуста – природный материал увековечивает имена тех, кто в архивах значится как «НЕатрибутированный архитектор».
Евгения Удалова, архитектор бюро ХОРА:
«Каждый архитектор так или иначе размышляет о своем наследии: «Каков будет его след в истории? Кто и что будет помнить? Будут ли называть его имя? Будут ли слышать его архитектуру? Будут ли продолжать пребывать в стенах его зданий». И, если оставить за скобками коллективную память поколений, то вопрос «легитимизации» наследия архитектора в культуре остается весьма острым и спорным. А в отношении современных, работающих авторов — возможным ли: «Кто возьмет на себя ответственность? Кому передадут право? Союзу, профессиональному или академическому сообществу, музею, ассоциации?». Конечность жизненного пути весьма кстати упрощает эту задачу… Говорят, что хороший архитектор — мертвый архитектор. Мертвый архитектор — удобный архитектор, удобный для исследований, обсуждений, оценок, трактовок, критики. А как быть с теми, кто в свое время оказалась НЕдостаточно громким, тщеславным, модным и современным? Мы бережно храним их наследие из НЕизданного, НЕпостроенного, НЕатрибутированного…».
Кураторы Лаборатории МУАР х ЦЕХ Наталья Масталерж (сооснователь архитектурного бюро NOWADAYS office), Юлия Стаборовская-Ардабьевская (сооснователь архитектурного бюро Saga), Лола Хрунова и Варвара Алешина (команда Музея архитектуры) распределили высказывания участников в пространстве Аптекарского приказа через объединение в семь тем и множество перекрестий, — смысловых сближений, которые отмечены на карте. Через исследование экспозиции и чтение индивидуальных текстов, каждый посетитель может провести линии от одного высказывания к другому и проделать собственную лабораторную работу. Пространственное решение выставки от архитекторов NOWADAYS office опирается на повторное использование конструкций, работу с исторической тканью здания и отказ от декора в пользу смысла. Участники проекта работали с коллекцией двумя способами: через индивидуальные исследовательские темы или выбор «случайных» объектов из каталога, вызвавших личный интерес. Основное внимание уделялось малоизвестным, редко используемым и неатрибутированным предметам, которые способствуют формированию новых идей и связей.
«Эта выставка – очень редкое явление. По сути, у нее нет единой темы. Она собирает личные высказывания архитекторов, проведенные через призму коллекции Музея. Таким образом, рождается очень интересный и насыщенный полилог. Завораживающий своей необязательностью, интимностью и высоким уровнем художественного инструментария. Это буквально беседа профессионалов между собой в Музее, но беседа не словесная, а визуальная. Музей архитектуры в ней выступает модератором, площадкой, источником вдохновения и, одновременно, объектом самой дискуссии. В своем роде, это новелла архитектурных выставок и концепция для регулярных повторений такого формата», – Михаил Бейлин, CITIZENSTUDIO.
«Работая с архивами Музея архитектуры им. А. В. Щусева, мы решили изменить привычный вектор внимания: не к иконам архитектуры и не к признанным авторам, а к анонимным, скромным и почти незаметным элементам архитектурного пейзажа. Среди чертежей и фотографий нас особенно заинтересовали постройки, обозначенные в каталогах как «неизвестное здание» или приписанные «неизвестному архитектору». В них есть все: суровая брутальность и неожиданная легкость, поэтическая монотонность и радикальная простота, рациональность формы и честность конструкции. Они создавались для самых простых задач, но при этом могут быть настоящими шедеврами без авторства. Эти «немые» сооружения, как правило, не замечаются ни горожанами, ни профессионалами, и тем важнее сегодня вернуть им видимость, голос, статус. Мы выбрали для их презентации намеренно наивную форму – декоративное полотно, отсылающее к одеялам в технике пэчворк. Тем самым повседневная, забытая архитектура помещается в рамку внимания, становится «экспонатом», вызывающим теплые чувства, объектом созерцания и переосмысления. Это попытка не просто зафиксировать, но и почтить архитектурную необходимость, скромную и вневременную», – Скорикова Марина и Слонимский Леонид, бюро «КОСМОС».
«Наша экспозиция состоит из 4 объектов: артефакт (негатив чертежа Иосифо-Волоколамского монастыря), аналитическая штудия плана монастыря, текст (фрагмент записи А. Г. Раппапорта от 4.05. 2022 в блоге «Башня и Лабиринт») и макет. Каждый из этих объектов отражает этапы нашего аналитического метода. Анализ позволяет понять предпосылки появления артефакта, а макет служит материальным отражением процесса восприятия реальности и ,одновременно, представляет попытку трансформации этого восприятия в новую архитектурную форму. Данный проект мы посвятили великому русскому теоретику архитектуры Александру Гербертовичу Раппапорту, его текст также является частью экспозиции», – Gorlenko Studio.
«Идея была простая: понять, насколько коллекция музея соответствует архитектурной практике. Взвесив разные данные на предмет безопасности их сбора и публикации, мы выбрали несколько вопросов: “Дома какого периода стоят в Москве и какая информация хранится про них в музее? Из чего состоит Москва и сколько про это есть в музее? Как проектируют архитекторы и есть ли в музее что-то более актуальное, чем чертежи (кажется, нет)? Сколько работают архитекторы и сколько времени проводят в их творениях пользователи?”. То же самое интересно и про музейщиков: “Какова доля неизвестных архитекторов в профессии и в коллекции?”. Следуя концепции выставки, а начали работу мы очень поздно, нашим полноправным соавтором по внемузейным данным стала оперативная и обстоятельная нейросеть Perplexity, для музейных данных мы использовали метод educated guess. Впрочем, мы не теряем надежды, проверить свои догадки по картотекам музея. Относительно дизайна — идея также была простой: сделать понятные диаграммы, которые в итоге собрались в чек – гиперфункциональный, но выразительный образ», – Антон Кальгаев, Мария Косарева.
«Мы объединили в своей работе объект, который мы делали несколько лет назад для Музея Архитектуры – сторожку, представленную как элемент экспозиции МУАРа. И наше отношение к Музею как к обиталищу Духов Русской Архитектуры. Нарочито сложив очень утилитарную историю и метафизическое восприятие усадьбы Талызиных. Так получилась “Усыпальница Русской Архитектуры” – объект одновременно утилитарный и поэтический. В принципе, минимум эти два качества и должно содержать произведение архитектора в идеале», – Михаил Бейлин, CITIZENSTUDIO.
«Изучая архивы Музея, мы обнаруживаем огромное количество материальных следов авторских поисков многих поколений архитекторов. Колоссальное количество артефактов, за каждым из которых стоит отдельная творческая судьба, стирание грани между личной жизнью и творчеством, профессией. Нам показалось важным в своей работе передать не отношение к отдельному объекту, а то чувство, которое у нас вызывает само соприкосновение с архивом, как с пространством памяти. Так, тема выставки и фонды музея вдохновили нас на то, чтобы обратиться к самим себе и своим воспоминаниям. В процессе у нас возникла теория, что в жизни любого архитектора существует “исходный дом”, образ которого оказывает на все его творчество тайное влияние. Это не дом-манифест, который он построил для себя в расцвете карьеры, а то место, где он провел детство и впервые понял, что такое пространство и время», – Петр Советников, Вера Степанская, KATARSIS ab.
«Обе части – графическая и объемная – основаны на собственных воспоминаниях больничных интерьеров разных периодов жизни, редуцированы до сугубо архитектурного состояния (без инженерии, без мебели), чтобы отразить одновременно отчужденность, холодность и вместе с тем сложно вербализируемое умиротворение, спокойствие и даже изящество. Их диалог с архивными фотографиями ленинградской конструктивистской больницы помогает чувствовать себя увереннее: сто лет назад коллега так же видел в этом красоту. На экспозицию вынесено 4 листа, на деле это целый альбом из мастерской, фиксирующий процесс строительства, среду, интерьеры, собранный, очевидно, с большой любовью к проекту и его деталям. Остальное можно прочесть в небольшом тексте-аннотации к работе», – Мария Качалова, архитектурное бюро Aurore.
Часть третья.
Воркшопы.
1.
Неслучившееся
«Тонкий отблеск мечты, живущий где-то между забвением и предчувствием будущего. Неопределенное, хрупкое, зыбкое, но вселяющее надежду чувство…».
Воркшоп по созданию текстильных работ был проведен на основе материалов из коллекции Музея архитектуры: планов неосуществленных городов, неразбитых парков и садов, бумажной архитектуры неизвестных авторов, чьи имена затерялись во времени, а также неатрибутированных фотографий, запечатлевших события прошлого. Получившиеся в результате воркшопа работы представляют собой объекты из ткани. Индивидуальные высказывания, которые представлены в пространстве выставки «Времени нет», формируют «лоскутное полотно», в котором личные переживания авторов сплетаются воедино вокруг темы утопии, мечты, памяти.
Куратор воркшопа: Елена Шарганова, художник, член Союза художников России, преподаватель МГАХИ им. В.И. Сурикова. Участницы воркшопа: Белякова Анна, Гераськина Анастасия, Грекова Марина, Гросицкая Анна, Дзина Вика, Латышонок Виктория, Любовь Белая, Спасова Татьяна, Столетова Людмила.
2.
Немое. Фонетика архитектурной графики
«Не только сама архитектура, но и архитектурная графика содержит требующие интерпретации контекстуальные смыслы. Однако часто архитектурная графика нема и не дает пояснений к причинам ее использования. Почему Альберти учит архитекторов использовать инструменты перспективного построения, Булле предпочитает размещать свои монументальные проекты в пустоте и использовать резкие контрасты света и тени, Фомин изображает на своих планшетах много голубого неба и обращается к технике офорта, а Колхас совмещает архитектурную графику с аналитическими диаграммами?».
Участники воркшопа под руководством кураторов исследовали неисчерпаемую коллекцию архитектурной графики в Музее архитектуры, чтобы понять, почему архитекторы изображают свои здания так, а не иначе. В качестве финального результата участники написали короткие эссе для коллективного зина и создали оммажи — «не свои» работы в манере обнаруженных в собрании Музея работ.
Кураторы воркшопа: Марат Невлютов, преподаватель архитектурной школы МАРШ, редактор онлайн-журнала, Елена Борисова, архитектор, художник, преподаватель архитектурной школы МАРШ. Участники воркшопа: Астраханцева Анастасия, Гильмутдинов Ислам, Заяханова Екатерина, Колосова Александра, Конобеева Анастасия, Королева Софья, Моисеева Бэлла, Паршикова Алина, Сардарова Надира, Тимощенко Полина, Тихомирова Софья.
3.
Неочевидное
«Неочевидное – неявный смысл вещей или событий, который мы растеряли в нашей повседневности: то ли из-за невнимательности к ним (в угоду кажущейся их незначимости), то ли повинуясь привычке сугубо утилитарного использования. Оно потребовало от участников воркшопа особого внимания для обнаружения неявного и уже невидимого. То, что связывает два полюса любого пространства, стало объектом поэтического перевода неочевидного в зримый и открытый образ. Шаг за шагом спускаться или подниматься по ступеням; улавливать ритм и композицию вертикальной. С помощью стихов, пожалуй, даже успешнее, чем с помощью любой графической техники, мы откроем для себя поэтическую суть лестниц, описанную Гастоном Башляром в “Поэтике пространчтва”, счет которых (лестниц), как известно, “от одного до трех или до четырех… Все они разные. По лестнице, ведущей в погреб, мы всегда спускаемся. Именно движение сверху вниз остается в наших воспоминаниях: во всех грезах, где присутствует эта лестница, она ведет вниз. По лестнице, ведущей в нашу комнату, мы то поднимаемся, то спускаемся. Двенадцатилетний ребенок на этой лестнице играет гаммы и, перепрыгивая через несколько ступенек, берет интервалы, то терцию, то кварту, а порой пытается взять и квинту, преодолеть одним махом четыре ступеньки. Какая чудесная разминка для ног – подниматься по лестнице вприпрыжку, через четыре ступеньки! И наконец, лестница на чердак, она более крутая, чем остальные, ступени у нее более стертые, и по ней всегда только поднимаются. Она знаменует подъем к самому безмятежному одиночеству. Если я вновь переношусь на чердак былых времен, чтобы помечтать там, то я никогда не спускаюсь оттуда”…».
Итогом работы стал поэтический сборник, посвященный ритмам и рифмам. Стихи,написанные в рамках воркшопа, зазвучат в пространстве выставки «Времени нет» во время финальной читки.
Книга, созданная по итогам воркшопа «Неочевидное»
Кураторы воркшопа: Михейл Микадзе и Евгения Удалова, архитектурное бюро ХОРА. Участники воркшопа: Банникова Евгения, Драганчева Люся, Кирий Лана, Кашко Юлия, Куртанидзе Жанетт, Малевич Анастасия, Мокрушина Наталия, Пащинский Влад, Разгулина Людмила, Сорокина Ната, Уманская Арина.
